Дыхание

Ирина Сидоренко

Шестую весну встречая,
Дышит девочка
На стекло.

Хосоми Аяко

Дышит девочка на стекло…
Чуть проснулась весна шестая.
Дышит девочка на стекло…
Нет узора на нём – растаял.

Смотрит вдаль, кулачком стучит –
Рама на зиму сплошь забита.
Дышит милая… А в ночи
Люд таращится на молитву.

Молит крошка – а люди ждут.
Их на улице больше сотни.
В шоке замерли – Страшный Суд
Нижут глазом, на страсть голодны.

Дышит девочка на стекло…
Молит всех, чтоб стекло разбили.
Ни движения – как назло,
Словно сцена немая… (Ты ли

Там стоял, а быть может – нет?
Да, безлика толпа слепая.)
Озаряет не солнца свет –
Это девочки лик вскипает

От пожара… Огонь слизнул
С домом крошечным – жизнь младую,
Что, шестую познав весну,
Не познала весну седьмую.

Соляными столбами в пыль
Вас не стёр ветер с детским пеплом!
Вы смотрели как в сказку – в быль,
И душа ваша вмиг ослепла…

Чуть постарше девчушки той
Я стояла в ту ночь пожара.
И вдали гул пронзал бедой,
И окно моё всё дрожало.

А потом осуждали тех,
Кто никак не помог сгоревшей.
Несудимые судят всех –
Грех судьи что ли станет легче?

Не развеять ушедший дым…
Не залить тот огонь потухший…
Никогда не стать молодым
В детской немощности уснувшим…

Дышит девочка на стекло –
Это наша душа стучится,
В тонком зеркальце-НЛО
Над губами туман клубится.

И вдыхая мечты весной,
Ждёт душа так наивно – чуда!
В мир стучится всё вновь и вновь –
Мир застыл: "Вас не ждали будто!"

У экранов недвижный мир
Наблюдает, как бьются души
И пронзают тугой эфир
Беспредельностью непослушной.

И для тех, в ком "смертвилась кость"
В созерцанье чужого горя,
В ком движения не нашлось,
Станет Родина мёртвым морем.

В слове "подвиг" – движений суть.
Мы живём на одном дыханье –
Пролагает свой верный путь
Дух в Солярисном океане.

В стихотворении есть отсылка к библейской легенде о Содоме и Гоморре (Быт. 18, 19).
После написания данного текста автору стало известно, что сгоревший дом состоял из двух половин и во второй половине жил богатый сосед. Некоторые люди помогали выносить вещи из этой второй половины горящего дома, а в первой – только руку протяни разбить окно! – горела шестилетняя девочка, к которой никто не подошёл.