это уже недавнее вроде бы

Рафиев Алексей Родионович

---

Среди сонма галактик и мириад планет
дышит и длится сердцебиение, всё,
что так хотело недавно сойти на нет –
сияющее, золотое, мое лицо,

сияющие, золотые, мои глаза,
двумя лучами жгущие вашу тьму.
Как скоморох, я почти полжизни плясал,
раскачивая, расшатывая тюрьму.

Приходит время, когда прекращаешь смотреть –
лишь бы подальше упрятать эти глаза,
лишь бы забыть и больше не знать про смерть
и никогда не видеть ее лица.

---

Прости мне ошибки юности.
Пока затеплится жизнь –
столько случится глупости
и беспричинной грубости –
попробуй тут удержись

от сумрачного падения
в пропасть небытия,
где кружится эпидемия
гниющего, гордого «я»,

где дни похожи на сполохи,
и нет никого вокруг.
Об этом молчат историки,
это скрывают пологи –
вплоть до малейшей толики –
весь наш порочный круг.

Но рвется однажды истина,
влетая из бытия,
и не нужна больше мистика,
и «я» становится «Я».

Но дальше – за гранью личности –
случается перелом
величия и величества,
и «Я» исчезает. Ом.

---

Все, что вышло из этого тела,
было только затем, чтоб однажды
жизнь опять ожить захотела.
Остальное – совсем неважно.

Остальное – отзвуки света –
те, которые будут длиться –
от заката и до рассвета,
или вовсе пустые лица –

опрокинутые гиганты,
затухающие планеты,
а не оборотни или гады.
И порой не верится в это,

но оно так настойчиво мнится,
что невольно слезами плачешь,
глядя в наши пустые лица,
и совсем ничего не значишь.

---
/Кале/

Мы – две галактики одной вселенной,
а наш ребенок – Малая Земля.
Ты протекаешь мимо речкой, веной
и ветром чуть шевелишь тополя.

Одной на нас с тобой гремучей сажей
помажут лбы оставшихся в живых.
Я врос в твердыню, кажется, на сажень,
и так давно, что, кажется, привык

быть сбоку от процессов единенья
вокруг знакомых сызмальства монет
и приводить себя в оцепененье
парадом всех, какие есть, планет –

задача отдающегося Свету.
Мы – две галактики. Наш сын – наш сын.
Пожалуй, стоит помнить мудрость эту
среди механистических машин,

среди урбанистического флёра
и потреблядского: «Хочу! Хочу!»
Была бы фауна. Была бы флора.
…шеренги ангелов спешат плечом к плечу.