Элегия 21

Агнэлий

Как больно смотреть на бездомные души скитальцев.
Небо земное и люди земные
К ним равнодушны.
Планеты, где смерть, холодеющим взором, уздою
Жёсткой руки богатеющих прахом
Жизнь разбивают.
Упавший керуб, словно кубок хрустальный, роняет
В бездну тревог их уставшее тело.
Сфера вторая.
Но горе тебе Вавилон, возжигающий пламя
Медных лампад возле лика Скорбящей
Девы изгнаний.
Не помнишь ты странствий её, и тяжёлую ношу, -
Путь на Египет. С покрытой главою,
Пряча рыданья
Ушла от царей обезумевших Мать воплощенья.
Ныне вельможи в роскошных одеждах
Чтят свою жертву
Устами. Но сердце их так далеко от народа,
Роскошь и праздность убили в них душу
Ядом химеры.
Наследье разбоя и лжи умножая без меры,
Строят они словно капища храмы,
Где воскуряют
За здравие их аравийские слёзы. Но третье
Небо не слышит молитву надменных.
К душам печальным,
Покров распростёрт на перстах благороднейшей Дщери.
Но не увидишь её ты под сводом,
Где песнопенья.
У входа, с покрытой главою, скрывая рыданья,
Тихо стоит, согревая ладонью
Две малых лепты,
Родившая миру спасенье. Последний свой хлеб
Она отдаёт сироте и вдовице,
Птицам и ветру.
Но только не знает она лица гордых собою, -
Слёзы приносят они, закрывая
Очи блаженной.