Христианская проза
Христианская поэзия
Путевые заметки, очерки
Публицистика, разное
Поиск
Христианская поэзия
Христианская проза
Веб - строительство
Графика и дизайн
Музыка
Иконопись
Живопись
Переводы
Фотография
Мой путь к Богу
Обзоры авторов
Поиск автора
Поэзия (классика)
Конкурсы
Литература
Живопись
Киноискусство
Статьи пользователей
Православие
Компьютеры и техника
Загадочное и тайны
Юмор
Интересное и полезное
Искусство и религия
Поиск
Галерея живописи
Иконопись
Живопись
Фотография
Православный телеканал 'Союз'
Путь к Богу
Максим Трошин. Песни.
Светлана Копылова. Песни.
Евгения Смольянинова. Песни.
Иеромонах РОМАН. Песни.
Жанна Бичевская. Песни.
Ирина Скорик. Песни.
Православные мужские хоры
Татьяна Петрова. Песни.
Олег Погудин. Песни.
Ансамбль "Сыновья России". Песни.
Игорь Тальков. Песни.
Андрей Байкалец. Песни.
О докторе Лизе
Интернет
Нужды
Предложения
Работа
О Причале
Вопросы психологу
Христианcкое творчество
Все о системе NetCat
Обсуждение статей и программ
Последние сообщения
Полезные программы
Забавные программки
Поиск файла
О проекте
Рассылки и баннеры
Вопросы и ответы
Наши друзья
 
 Домой  Статьи / "Бедные люди" Достоевского: о страсти тщеславия и любви к ближнему Войти на сайт / Регистрация  Карта сайта     Language Автор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raquПо-русскиАвтор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raqu Автор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raquПо-английскиАвтор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raqu
Автор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raqu
Автор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raqu
Дорога к храму
Жизнь в Церкви
Семья
Детский вопрос
Святые и подвижники
Милосердие
Наука и вера
Работа и профессия
Далеко
Миссия
Рядом с чудом
Cовременники
Рецепты блюд
Читаем
По - немногу обо всем
Праздники
Паломничества

Помогите построить храм!
Интересно:
Google
Web www.priestt.com
Рекомендуем посетить:

 
Автор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raqu
"Бедные люди" Достоевского: о страсти тщеславия и любви к ближнему
( Татьянин день )

Автор предлагает чрезвычайно небанальную, «нешкольную», однако ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы».
...Все лучшее, что есть в русской и в европейской культуре - родом из Евангелия. Опыт греха и покаяния, опыт духовного оскудения и возрождения записан на страницах и аскетической литературы, художественных книг, исторических хроник. Однажды Александр Блок, читая аскетическую энциклопедию православия - «Добротолюбие», написал на полях: «Знаю, все знаю!» Возможно и обратное узнавание: узнавание себя, болей и радостей своей души в мире светской христианской культуры.

Диакон Андрей Кураев

фото с сайта http://gakus.ruАвва Дорофей отмечал: «Каждый молящийся Богу: «Господи, дай мне смирение», - должен знать, что он просит Бога, дабы Он послал ему кого-нибудь оскорбить его». Это универсальный закон. Поэтому, когда Великим постом мы тщательно кладем поклоны, повторяя слова прп. Ефрема Сирина: «Дух же... смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему. Даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего...», мы должны быть готовы к тому, что в ответ на нашу молитву мы не перестанем видеть грехи иных людей. Наоборот, мы станем замечать их еще больше, если же не заметим сами, то нам их обязательно покажут. Потому что мы просим Бога не о том, чтобы переселиться в какой-нибудь абстрактный мир идеальных персонажей и пребывать там с полным психологическим комфортом, а о том, чтобы, видя чужой грех, не порицать человека, а терпеливо нести его немощи и любить его. Именно в данном суть христианского отношения к людям.

Об данном говорят не только Священное Писание и духовная литература, но и произведения исключительно светские. Например, в сохранившихся отрывках из 2-ого тома «Мертвых душ» Улинька характеризует одного из персонажей как «низкого и пустого человека» и внезапно слышит в ответ от Чичикова: «По христианству именно таких мы должны любить». Но полюбить грешников, которые окружают нас в реальной жизни, не так легко, же своими грехами они задевают наши собственные страсти и часто довольно-таки ощутимо портят нам жизнь.

В данном плане неоценимую помощь оказывает христианину классическая литература. Общим местом стало утверждение, что произведения русских писателей учат нас любить людей при всех их недостатках («Полюбите нас черненькими, а беленькими нас каждый полюбит», как сказал 1 из героев Достоевского). Однако это значит не только то, что в данных книгах нам показано на «примерах из жизни», как можно, видя грехи человека, все равно полюбить его, не страстно, а жертвенно-милующе, преобразить его данной любовью. Классическая литература идет далее: убедительно и ярко изображая, к примеру, какого-то лишнего, никчемного, ненужного гордеца так, что он предстает перед нами как живой, - она будто испытующе вглядывается в читателя, бросая ему духовный вызов: да-да, все понятно, мы все христиане, мы знаем, что необходимо любить ближнего, как наиболее себя, что порицать нельзя, что грех надо отделять от человека... но ты сумеешь победить свое праведное негодование и отвращение и полюбить не абстрактного ближнего, а именно данного, совершенно духовно несимпатичного человека?

Особенно остро данная проблема встает при чтении произведений Ф. М. Достоевского. Исследователи неоднократно отмечали, что данному писателю присущ жанр «исповеди», когда душа героя, обычно, в акте напряженной саморефлексии предстает перед читателем как можно больше обнаженной.

Быть свидетелем исповеди - всегда своего рода духовное испытание. Дар сердечного соучастия исповедующемуся человеку дается священнику в Таинстве Рукоположения. Как писал знаменитый старец XX сотни лет игумен Никон (Воробьев), «всякое открытие греха с искренним раскаянием делает грешника более близким, родным, дорогим для духовника». Но это, для начала, у священников, во-вторых, при виде раскаяния и боли исповедующегося. А как быть, в случае, если перед обыкновенным мирянином раскрылись неожиданно тайные недуги чужой души, «выпали из шкафа все скелеты», а вместо боли и покаяния он столкнулся только с самодовольством, с горячим желанием защитить и оправдать свое «я»? Найти в себе внутренние силы, чтобы не отшатнуться в негодовании и отвращении, а искренне понять и не осудить, а с любовью (не с брезгливым снисхождением!) пожалеть такого человека. Это по-настоящему духовный подвиг, к нему-то и призывает читателя Достоевский своими произведениями - включая и ранней сентиментальной повестью «Бедные люди».

Это произведение создано в виде переписки двух героев: бедного чиновника Макара Алексеевича Девушкина и взятой им под покровительство женщины Вареньки, Варвары Алексеевны Доброселовой. Авторских оценок, которые выражены явно, в повести нет, нет и «объективной реальности» - всю информацию о героях мы получаем из их собственных уст, что подчас сильно затрудняет трактовку их образов и вызывает изредка противоположные суждения читателей, включая и профессиональных - критиков,
фото с сайта http://gakus.ru

Макар Девушкин принадлежит к литературному типу маленького человека, задавленного своим ничего не значащим положением в социальной иерархии (как какой-нибудь ветошки, винтика, вещи незаметной и, возможно, вовсе ненужной). По словам М. Дунаева, герой Достоевского глубже, чем, к примеру, небольшой человек Акакий Акакиевич из гоголевской «Шинели»: Девушкин «способен на высокие движения и порывы, на самые серьезные размышления над жизнью, своей и всеобщей». Однако на деле все силы души Макара уходят на то, чтобы опротестовать ярлык ветошки и доказать, что он человек, человек, который заслуживает уважения. Само по себе это желание еще не чуждо христианскому миросозерцанию, же любой человек, который создан по образу и подобию Бога, есть, как учат святые отцы, своего рода «икона Бога» и в качестве таковой требует к себе уважительного и бережного отношения. Кроме того, крестная жертва Спасителя принесена за каждого человека, потому каждая душа бесценна, так как куплена дорогой стоимостью.

Но в том-то и дело, что Девушкин охраняет не свою бессмертную душу. Он переживает за свой статус в глазах иных людей, ему хочется, чтобы о нем думали хорошо. Это уже сродни страсти тщеславия.

У страсти тщеславия есть 2 довольно-таки характерных проявления: эгоцентризм, то есть зацикленность на себе, и, как оборотная его сторона, которая болезнена мнительность - тщеславный человек убежден, что все вокруг все время о нем мыслят, но изредка ему начинает казаться, что мыслят о нем нехорошо. И то, другое может быть только фантомами его воображения, впрочем ему самому они доставляют массу хлопот и могут отравить всю жизнь.

Есть 2 данные черты и у Девушкина. Если пристально вчитаться в его письма, окажется, что центром его размышлений, на какую бы формально тему они ни были, выступает по жизни он сам. При данном Макар Алексеевич не упускает ни самого малого повода, чтобы похвалить себя и тем самым в очередной раз утвердить свой статус достойного уважения человека в своих глазах и глазах другого (в роли которого выступает Варенька): «...вы не смотрите на то, что я такой тихонький, кажется, что, муха меня крылом перешибет. Маточка, нет, я про себя не промах, характера абсолютно такого, как прилично безмятежной и твердой души человеку...»; «Видите ли, душечка моя, как это ловко придумано... Хитро, не правда ли? А же придумочка-то моя! А что, каков я на данные дела, Варвара Алексеевна?»; «...что, грех переписывать, что ли? ...Да что же здесь бесчестного такого? Письмо такое четкое, отличное, приятно смотреть, его превосходительство довольны; я для них важнейшие бумаги переписываю. ...Ну, наверно, пускай крыса, коли сходство нашли! Да крыса-то данная необходима, да крыса-то пользу приносит, да за крысу-то данную держатся, да крысе-то данной награждение выходит, - вот она крыса какая! Впрочем, довольно об данной материи... я же и не о том хотел говорить, да так, погорячился чуть-чуть. Все-таки приятно от времени до времени себе справедливость воздать».

Но болезненная мнительность не успокаивается - в глубине души Девушкин не убежден, что данными горячими речами в свою защиту он другого убедил. Поэтому, ради того, чтобы не выглядеть в глазах людей смешным и жалким, не сомневаясь, что они внимательно следят за каждым его поступком, он идет на многие жертвы, включая и абсолютно нелепые («...чаю не пить как-то стыдно; тут все народ достаточный, стыдно и так. Ради чужих и пьешь его, Варенька, для вида, для тона»; «...враги-то мои, злые-то языки данные все что заговорят, когда без шинели пойдешь? Ведь для людей и в шинели ходишь, сапоги и да, наверно, для них же носишь. Сапоги в таком случае... необходимы мне для поддержки чести и хорошего имени; в дырявых же сапогах и то и иное пропало»).

фото с сайта http://gakus.ruМакар Алексеевич протестует против того, чтобы о нем судили по его бедности и низкому социальному статусу - но при этом он находится под властью этих двух характеристик, которыми в обществе принято оценивать человека, он и сам считает их значимыми: «А хорошая вещь литература, Варенька... Глубокая вещь! Сердце людей укрепляющая, поучающая... этак сесть бы да и пописать. И себе полезно и другим хорошо. Да что, маточка, вы посмотрите-ка только, сколько берут они! ...Мы и по тысяче другой раз в карман кладем! Каково, Варвара Алексеевна? Да что! Там у него стишков тетрадочка есть, и стишок все такой небольшой, - семь тысяч, маточка, семь тысяч просит, подумайте. Да ведь это имение недвижимое, дом капитальный»; «...пышные экипажи такие, стекла, как зеркало, внутри бархат и шелк... Я во все кареты заглядывал, все дамы сидят, такие разодетые, может быть и княжны и графини... Любопытно увидеть княгиню и вообще знатную даму вблизи; должно быть, очень хорошо; я никогда не видал... ...Ангельчик мой! Да чем же вы-то хуже их всех? ...Отчего же вам такая злая судьба выпадает на долю? ...Ездили бы и вы в карете такой же... взгляда благосклонного вашего генералы ловили бы... ходили бы вы не в холстинковом ветхом платьице, а в шелку да в золоте. ...А уж я бы тогда и тем одним счастлив был, что хоть бы с улицы на вас в ярко освещенные окна взглянул... от одной мысли, что вам там счастливо и весело... и я бы повеселел».  

Все, что мы сказали об этом герое, кажется, противоречит главному поступку Девушкина - он бескорыстно помогает молодой девушке, обесчещенной богатым человеком, и при этом не хочет быть ей в тягость, даже, чтобы не скомпрометировать ее, редко ее навещает (они живут в соседних домах), стараясь сделать это как можно незаметнее для посторонних глаз. Варенька не устает благодарить Макара за его доброту и заботу, которыми он ее окружил.

Однако действительно ли то, что Макар Алексеевич делает для этой девушки, является для нее благом? Из писем складывается другое впечатление. Девушкин привязался к Вареньке, он находит утешение в том, что ему есть о ком заботится, кого баловать, он согревается ее привязанностью к нему и своими чувствами к ней: «Ну что мы будем делать без вас... Вот я об вас думаю теперь, и мне весело... Я вам иной раз письмо напишу и все чувства в нем изложу, на что подробный ответ от вас получаю. Гардеробцу вам накупил, шляпку сделал; от вас комиссия подчас выходит какая-нибудь, я и комиссию... Нет, как же вы не полезны? Да и что я один буду делать на старости, на что годиться буду? ...Я привык к вам, родная моя. А то что из этого будет? Пойду к Неве, да и дело с концом». Макар Алексеевич с готовностью выполняет все ее мелкие девичьи прихоти, присылая то конфеты, то цветы, заботится о ее комфорте («...Есть ли у вас дрова? ...Например, есть ли у вас шерстяные чулочки, или так, из одежды что-нибудь, потеплее. Смотрите, голубчик мой. Если вам что-нибудь там нужно будет, так уж вы, ради Создателя, старика не обижайте...»). В то же время он словно не слышит главной ее потребности, которую она напрасно озвучивает в большинстве писем: ей одиноко и грустно, она нуждается в обществе Макара Алексеевича и постоянно зовет его зайти («Не забывайте меня, заходите почаще», «Ради Христа, зайдите ко мне теперь же, Макар Алексеевич», «Навестите меня, пожалуйста, Макар Алексеевич», «...с некоторых пор я боюсь оставаться одна...», «Весьма бы вы утешили меня, если б пришли к нам сегодня», «Приходите ко мне, ради Бога, приходите сегодня... да уж лучше бы вы сделали, если б и всегда приходили к нам обедать», «Приходите ко мне, вам будет у нас весело: мы будем вместе читать, будем старое вспоминать. Федора о своих богомольных странствиях рассказывать будет» и т. п.). Он иногда навещает ее, но с постоянной оглядкой на «других людей», мнение которых заслоняет в его глазах Варину тоску и одиночество: «...да как же мне ходить к вам так часто, маточка, как? Я вас спрашиваю. Разве темнотою ночною пользуясь... Я и то, маточка, ангельчик, вас почти совсем не покидал во все время болезни вашей, во время беспамятства-то вашего; но и тут я и сам уж не знаю, как я все эти дела обделывал; да и то потом перестал ходить; ибо любопытствовать и расспрашивать начали».

У Вареньки есть и другая проблема, напрямую связанная с извечным ощущением одиночества, от решения которой Макар также устраняется, - это какая-то бесперспективность, бесцельность ее настоящей жизни, из-за чего, собственно, она и тоскует. В прошлом у Вари было падение, от которого ее и спас Девушкин, оказав ей покровительство и тем избавив от власти сводницы и ее протеже. Но, сделав это, он оставил Вареньку в нынешнем неопределенном статусе, от которого она мучается: кто она? Не работница. Не жена. Даже не девушка на выданье. Она пытается заботиться о Девушкине, но остается им непонятой - хотя именно в этой заботе она как женщина могла бы обрести смысл своего существования: «Ради меня, голубчик мой, не губите себя и меня не губите. Ведь я для вас одного и живу, для вас и остаюсь с вами. ...Будьте благородным человеком, твердым в несчастиях; помните, что бедность не порок. Посылаю вам двугривенный, купите себе табаку или всего, что вам захочется, только, ради Бога, на дурное не тратьте. Приходите к нам, непременно приходите». Макар Алексеевич не понимает ее желания почувствовать себя в роли заботливой женщины, жены и не помогает ей в этом - он любит Вареньку не для нее, а для себя, как любят маленького ребенка (сравнение, которое он сам часто употребляет, подчеркивая свои отеческие чувства к Вареньке) или даже скорее как комнатную собачку или птичку в клетке: «Чего вам недостает у нас? Мы на вас не нарадуемся, вы нас любите - так и живите себе смирненько; шейте или читайте, а пожалуй, и не шейте, - все равно, только с нами живите». Он действительно окружает ее любовью и заботой, но эта любовь не дает Вареньке главного, в чем она нуждается, - ощущения осмысленности, цели ее жизни.

Продолжение следует...



2008-04-17 06:00:00


Источник: http://www.taday.ru


Автор предлагает очень небанальную, «нешкольную», но тем не менее ненадуманную интерпретацию одного из лучших произведений Ф. М. Достоевского. Всматриваясь в образы главных героев, мы находим ответы на собственные «проклятые вопросы&raqu Статьи. Новое в данном разделе.
Как следует воспитывать ребенка, чтобы он вырос добрым и заботливымКак следует воспитывать ребенка, чтобы он вырос добрым и заботливым
Книги Симеона Афонского. Библия в современных притчах.Книги Симеона Афонского. Библия в современных притчах.
Ораниенбаум и его дворцыОраниенбаум и его дворцы
Путешествие в НикосиюПутешествие в Никосию
Как укрепить душу во время поста?Как укрепить душу во время поста?
История Казанской иконыИстория Казанской иконы
православные cтатьи,христианство,литература,искусство,религия,православный журнал,литературный журнал,православие культура  Христианская символика: Ихтус
православные cтатьи,христианство,литература,искусство,религия,православный журнал,литературный журнал,православие культура  Пасхальные традиции
Пещерный город Чуфут-КалеПещерный город Чуфут-Кале
Что подарить ребенку на день святого Николая?Что подарить ребенку на день святого Николая?
Немного о Виннице, соборная площадьНемного о Виннице, соборная площадь
Рождественский пост: что можно и чего нельзя?Рождественский пост: что можно и чего нельзя?
Исаакиевский собор - музей для душиИсаакиевский собор - музей для души
Паломничество на АфонПаломничество на Афон
Англия. Холм святого МихаилаАнглия. Холм святого Михаила
Стамбул - столица двух культурСтамбул - столица двух культур
Неуловимая Босния и ГерцеговинаНеуловимая Босния и Герцеговина
Болгарский город НесебырБолгарский город Несебыр
Замок Буда в ВенгрииЗамок Буда в Венгрии
Интересно о СтамбулеИнтересно о Стамбуле

Домой написать нам
Дизайн и программирование
N-Studio
Причал: Христианское творчество, психологи Любая перепечатка возможна только при выполнении условий. Несанкционированное использование материалов запрещено. Все права защищены
© 2020 Причал
Наши спонсоры: